mike67 (mike67) wrote,
mike67
mike67

Крым – не Россия

Очевидная многим максима, что Крым – это Россия, основана на ошибочном мнении о том, что сама Россия – это Россия. Граждане РФ не могут понять, что их страна – не Российская империя и не СССР, а лишь часть этих государств, при том что Украина – другая часть. Если же обратиться ко времени, когда существовали и УССР и РСФСР, то Крым был украинским дольше и что важно – позже, чем российским.

Почему среднестатистический гражданин России не понимает такие простые вещи? Почему взрослые люди с высшим образованием видят в культурной близости Крыма к России юридическую санкцию на аннексию частей чужого государства? Почему, когда украинцы срывают голос, крича сквозь DDoS-пургу, что у них бандеровцев не больше, чем в России скинхедов, братья-россияне упорото бормочут: "мы вас спасем, спасем, даже если вы не хотите"?

Две мамы
Примечательно, что в российской консервативной риторике сейчас стал очень популярен категорически противопоказанный консерваторам мотив относительности любых представлений о добре и зле. У киевлян свой майдан, у донецких – свой, говорит сегодняшний российский консерватор, который еще вчера рычал и плевался, слыша от оппонентов, что истин много и у каждого своя правда. Почему российский консерватор столь нетверд в своих принципах? Потому что его консерватизм – это не убеждение, а поза, детское требование: "верните как было!", это потребительское отношение к действительности, отрицающее любую личную ответственность.

В конце февраля мне встретились два письма, похожих по формальному признаку и очень разных по содержанию.

Первое из Черкасс:
"Несмотря на то, что теперь все только начинается, что многие ссорятся, кто-то делит портфели, некоторые радикально настроенные крушат дома политиков, доллар стремительно растет - все это безусловно огорчает, но я другого не ждала - главное, что моя мама вчера сказала: в 57 лет я родилась как гражданка Украины. И так чувствуют ВСЕ, кого я встречала за эти дни. Люди изменились КАРДИНАЛЬНО. Это другая страна".

В другом речь о Крыме:
"Звонит мама из Ялты. Боялась брать трубку, думаю, наверное, плачет уже - дело войной пахнет... А она мне так радостно: ты слышала, что Путин войска вводит? Мы спасены! Тут я и опешила... Это моя мирная мама! Ялта и весь Крым, говорит, ликует! Вот так, ребята. К Путину, конечно, много вопросов, но нельзя оспорить то, что он патриот и своих на войне не бросает. Так искренне, как в Крыму, Россию не любят, наверное, нигде".

Две мамы, у каждой своя правда, но равнозначны ли эти правды? В черкасском письме говорится, что несмотря на крайне неуютное настоящее и проблематичное будущее (делят портфели, крушат дома политиков, доллар растет), появилась возможность участвовать в строительстве этого будущего, стать гражданином своей страны. Ялтинская же мама надеется на то, что Путин решит все ее проблемы. Возглас "Мы спасены!" – стал нынешним "нашим всем" вместо Пушкина. Прилетит вдруг волшебник в голубом вертолете и возьмет под контроль газопровод в Херсонской области.


Мы спасены!

Из сетчатки глаза в мозг лягушки идет не картинка как у человека, а идет местоположение пищи, укрытия, препятствия и врага. Весь мир у нее распадается на эти 4 понятия, поступающие сигналы делятся на четыре категории.
И.Н.Пигарёв, доктор биологических наук.



Главная особенность постсоветского и особенно российского человека – несамостоятельность. Российский человек, глубоко убежденный, что его все должны содержать, постоянно жалуется, что ему чего-то недодали, что его обделили деньгами и хорошим отношением, недокормили, недолюбили. Поэтому он так легко представляет себя в кольце врагов, верит в мировую закулису, еврейский заговор, а теперь еще и в притаившихся за каждым кустом бандеровцев. Несамостоятельность россиянина делает его беспомощным и беззащитным. Отсюда культ сильной руки, отсюда, в частности, почтительное отношение одновременно к силовикам и бандитам. Россиянин больше всего на свете хочет, чтобы у него отобрали самостоятельность и вернули надежную защиту от внешнего мира. Немецкий репортер "Шпигеля" в Крыму с удивлением пишет в твиттере: "Сорри, но у меня такое впечатление, что большинство крымчан думают, что вступают в Советский союз, а не в новую Россию". Так оно и есть: крымчане, как и большинство россиян, застряли в советском детстве и теперь кричат от ужаса: "Россия, спаси!", хотя никто им не угрожает. Спасти их можно только от самих себя, от той боязни самостоятельности, которую иногда называют обидным словосочетанием "рабская психология".

Долгое время советские мальчики и девочки не понимали, что происходит в их стране, почему вдруг меняется привычный уклад, почему никто не придет и не починит поломавшееся, не сделает как было. Шли годы, советские дети взрослели, толстели и лысели, но все ждали, что появится добрый волшебник и скажет, что это был сон, что сейчас они проснутся снова в стране, где не надо думать о будущем. И когда появился Путин и сказал: "Люди! Вот вам стабильность, олимпийский Мишка и собирание земель русских!", ему поверили безоглядно, не задаваясь вопросом, как эти лозунги смогут улучшить их жизнь, и чем придется расплачиваться за визуализацию своих детских мечтаний. Обещанное настолько прямо и непосредственно обращалось к подсознанию постсоветских людей, что их навыки критической оценки происходящего, и без того недоразвитые, полностью отключились. Увы! Советский человек мог запросто говорить о Тарковском и Достоевском, но у него не было опыта самостоятельных и ответственных поступков. Советский человек живет в таких мирах, что и признаться неловко. Нигде нет такого количества высокообразованных маргиналов, как у нас. Ни в какой другой стране вы не сможете гарантировано набрать среди десятка выпускников лучших вузов хотя бы по одному убежденному монархисту, нацисту, сталинисту, стороннику "Домостроя", отрицателю Холокоста и т.п. Да, среди интеллектуалов встречаются люди со странноватыми взглядами (Ноам Хомский или покойный Бобби Фишер ничуть не менее сумасшедшие, чем Кургинян или "Онотоле" Вассерман), но на Западе такие люди остаются маргиналами, а у нас формируют мейнстрим.

Ольшанский, Дугин, Максим Соколов, Константин Крылов, Холмогоров, Галковский, Лимонов и многие другие – это интереснейшие публицисты, но все они – своего рода приправа, острый перец. Современная русская мысль почти полностью состоит из специй при отсутствии основного блюда. Верить в съедобность этого продукта могут только дети, приготовляющие пирожки из песка. Но ведь играют. Вся наша постсоветская жизнь – одна затянувшаяся игра. А наиграются в нее или доиграются – скоро выяснится. Надеюсь, что скоро – сколько можно ждать.

Tags: Политика, Украина
Subscribe
Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 436 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →