mike67 (mike67) wrote,
mike67
mike67

Бывший Верный

В последнее время я невольно дезориентирую националистов и государственников. Например, не одобряю Манежку и призываю не приписывать Мирзоеву умысел на убийство и при этом говорю, что государство игнорирует русских (см. например "Русский дефолт"). Я задумался об этом, поучаствовав в споре о переименовании по просьбе казахского посольства строящейся станции метро "Братеево" в "Алма-Атинскую" (спасибо – не в "Астанинскую"). Поскольку Казахстан посулил в обмен назвать что-то там у себя в честь Москвы, наши государственники привычно заговорили о величии России, которое теперь признает аж сам Назарбаев, и не очень лицеприятно отозвались о братеевцах, выступивших с особым мнением.

Такое развитие событий не должно удивлять.

Справедливое общественное устройство подразумевает равенство граждан перед законом и равный доступ к политическому представительству. Первое означает, что каждый должен соблюдать все правила, второе – что голос каждого должен быть услышан при разработке правил. У нас все ровно наоборот, не право является силой, а сила – правом. По этой причине кавказцы легко подкупают следователей и судейских, а русские мечтают делать то же самое, но эффективнее, т.е. стать своего рода "суперкавказцами". По этой же причине государство управляет русскими с помощью кавказцев, пресекая попытки "государствообразующей" нации заявить себя субъектом права. Хотели соревнования в силе – получите, распишитесь.

О крепком государстве у нас мечтает чаще всего не тот, кто либерально относится к другим людям, равно ценя свою и чужую свободу, а тот, кто любит крепкую и жесткую власть за возможность пользоваться правом сильного и самоутверждаться за счет слабых. Для России очень характерно и специфично такое состояние умов, при котором любовь к своему народу заменяется преклонением перед силой (именно перед силой, а не властью, и если вы ошибетесь в термине, любой государственник тотчас парирует, что, например, ельцинскую власть он совершенно не уважал).

Наш государственник, в отличие от государственника европейского, – не собственник, готовый защищать свою собственность, а избалованное и капризное существо, которое без забот и хлопот унаследовало и уже почти проело-прогуляло великую страну. Он ежесекундно оглядывается вокруг, думая, как заставить мир уважать себя, и находит обычно самый несложный способ, связанный не с самосовершенствованием, а с унижением других. Для этого ему и нужна опора на государство. Такой человек будет говорить о необходимости уважать местные обычаи (а то и кричать "е%ать, Кавказ, е&ать!"), но не поддержит москвичей, которые не хотят, чтобы станцию метро вместо "Братеево" назвали "Алма-Атинской". Наш этатист не просто превозносит государство, но отождествляет самого себя с государственной силой, поэтому кавказцы для него – обнаглевшая мелюзга, ну а русские – мелюзга оборзевшая. Может быть, наоборот, это не важно. По логике государственника, ничего своего у братеевцев нет, и российский царь вправе забрать из их дома любую вещь в подарок казахскому султану, тем более, что и тот не замедлит с ответным даром. Характерно, что сам государственник, поддерживая эти махинации с чужими правами и чужой собственностью, не имеет никакого личного интереса и ровным счетом ничего себе не выгадывает. Ему просто приятно.

Я не одобрял и не одобрю попытки судить кавказцев более строгим судом, чем русских, и вообще дать приезжим какой-то особый окорот, потому что такой порядок привел бы к переходу власти от коллектива свободных граждан к тем, кто сильнее (тот факт, что на деле именно так и есть, не должен считаться нормой). Но и государственную политику, направленную на отрицание за русскими права на самоопределение, одобрить не могу. Здесь отмечу, что, говоря о самоопределении, я не призываю немедленно отделяться, а лишь прошу вернуть это естественное право. Заключая брак, мы не собираемся разводиться, но на минутку представьте, что у вас прямо в загсе отберут такую возможность, да еще и добавят что-нибудь вроде: "нам лучше знать, чего ты хочешь", "не смей разрушать великую семью", "чего тебе, дураку, не хватает?", "муж здесь не ты, а любой причастный к великой мужской культуре" и т.п. При этом, добавлю, вы всегда любили гостей (т.е.не были ксенофобом в строгом значении этого слова), не испытывали ненависти к сантехнику Пете, а всего лишь интересуетесь, с каких это пор он вдруг оказался "таким же членом семьи" и кто принимал решение на этот счет. Пете - петино, Васе – васино. Все люди – братья, но у каждого свой дом. Если семья решит жить коммуной – это ее право, если, например, кого-то забыли предупредить о приезде тещи – это худо, но простительно, а вот если один из супругов регулярно приводит постояльцев и новых жильцов без спросу – это уже никуда не годится.

Наши государственники, соглашаясь с таким положением дел, ведут себя, еще раз это повторю, не как собственники своей страны, а как слуги ее властителей, поставленные присматривать, чтобы никто не посмел разогнуть спину. Они не сограждане, а надсмотрщики над гражданами. Каждому по вере его. Кто отрицает чужое достоинство – теряет свое. Поэтому нашим "государственникам" теперь и шлют братские приветы из бывш. города Верный. Название-то какое, а?
Tags: Рассуждения
Subscribe
Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 40 comments