mike67 (mike67) wrote,
mike67
mike67

Агрессия

Последнее время я целенаправленно писал о связи недостатков нашей государственности с недостатками общества, теперь скажу о недостатках специфически властных, о тех случаях, когда правительство решительно отказывается от своей миссии быть "единственным европейцем" в России. Ситуация вокруг убийства Буданова напомнила мне, как это ни странно, споры о нападении на Кашина. В обоих случаях под подозрение попали властные структуры, в обоих случаях нашлись и те, которые увидели в произошедшем провокацию против властей. Я не особо верю в версию провокаций: в обычной следственной практике факт угроз рассматривается как мотив преступления – с чего бы в случае с политиками считать те же самые угрозы чуть ли не алиби? Но не буду отвлекаться. Я хотел сказать о другом: версия провокации вовсе не делает тех политиков, которых "подставили", полностью невиновными.

И в случае с Кашиным, и в случае с Будановым меня поразило то, что им угрожали те люди и структуры, которые не должны, не смеют выступать в публичном поле с угрозами. Я не знаю, кто заказал нападение на них – я не следователь. Но не нужно быть следователем для того, чтобы заявить о недопустимости тех слов, которые открыто произносились представителями власти. Я не говорю, что Кадыров "заказал" Буданова, но не могу не спросить: "какого черта он ему вообще угрожал?".

Разумеется, такая ситуация была не только с Кашиным и Будановым. Агрессивные заявления в адрес тех, кто впоследствии действительно подвергся нападению, регулярно исходили от видных общественных и политических деятелей, от глав субъектов федерации и даже от первых лиц государства. Спектр этих государственных угроз широк: от обещания Кадырова воздать Буданову по заслугам до трагикомического случая, когда Сергей Миронов, в бытность свою третьим лицом государства, стрелял в учебном центре "Витязя" в Балашихе по изображениям отравленного полонием Александра Литвиненко.

Агрессивные заявления, простительные для частного лица, недопустимы для лица, облеченного властью. Сама угроза со стороны представителя власти – это если не преступление, то очень большой "непорядок" и уж точно повод для беспокойства. Может быть, это прозвучит кощунственно, но тенденция, когда официальные представители государства позволяют себе такие вещи, гораздо опаснее чьих-то конкретных смертей. Она еще и вдвойне опасна – поскольку кипение страстей вокруг "свежих" убийств заставляет обсуждать конкретные версии, а не эту тихую тенденцию, которая исподволь подмывает государственное здание.
Снятие запрета на hate speech во властной лексике представляет в перспективе не меньшую опасность для страны, чем коррупция. Этот дефект властного механизма, а также происходящий в обществе рост агрессии, следует рассматривать как проблему государственного масштаба.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 29 comments